Как добиться глубокого сопереживания от читателя

О сопереживании – «переживательности» – коротко говорилось в статье «Достоверность персонажа» в нашем сборнике «О героях и персонажах», а сейчас разберем тему подробнее и детально рассмотрим три приема, позволяющие быстрее всего добиться сочувствия герою.

Начать придется издалека – с главной причины, по которой читатель берет книгу в руки.

Итак – ради чего мы читаем беллетристику? Один скажет – для развлечения. Другой – чтобы забыть на время о проблемах и сложностях собственной жизни. Третий – чтобы узнать нечто новое.

И все будут правы.

 

Для чего мы читаем книги

Мы читаем беллетристику – развлекательную жанровую литературу – ради новых ярких эмоций. Чтобы плакать и смеяться вместе с героями, чтобы возмущаться несправедливостью и торжествовать, когда зло наказывают. Чтобы сжимать вспотевшие ладони, когда хорошие парни вот-вот попадут в засаду. Чтобы с болью провожать павших и радоваться, когда влюбленные соединяются вопреки самой судьбе. Чтобы потирать руки от удачной догадки и восхищаться изящной разгадкой тайны. А попросту говоря, мы читаем, чтобы прожить жизнь в другом – ярком, волшебном, сказочном – мире.

И хоть жизнь эта выдуманная, но эмоции, которые мы испытываем – настоящие. Читая, мы получаем новый эмоциональный опыт, а значит – меняемся и (надеюсь) становимся лучше. Или хотя бы взрослее и мудрее.

 

Хорошие книги тем и отличаются от плохих – они меняют своих читателей.

 

А теперь попробуем разобраться, какой должна быть книга – и ее герои, – чтобы вызвать сопереживание высокого накала.

Нескучной! – скажете вы первым делом. И будете правы.

Но как этого добиться?

Ответ и прост, и сложен одновременно – пишите кровью сердца.

Это старинное и, что уж греха таить, слишком пафосное по нынешним временам выражение. Однако именно оно точнее всего выражает главный секрет хороших книг: авторы писали их кровью сердца – искренне и глубоко, пропуская через себя и боль, и радость своих героев, и счастье, и горе, случившиеся в их мирах, и умиротворение, и покой.

 

Чтобы действительно писать кровью сердца, необходимо беспредельно и глубоко сознательно любить и ненавидеть.

Писарев. Реалисты

 

И тут вы мне скажете: невозможно же писать оголенными нервами!.. И тоже будете правы. Да и чувствовать по заказу тоже не получается.

Как же быть? Откуда брать нужные эмоции, чтобы вплавить их в текст?

 

Источник настоящих эмоций для книги

Один из наиболее известных советов от писателей-мастеров новичкам звучит так: пиши о том, что знаешь. И, конечно, первое, с чем начинают работать молодые авторы, – это собственные чувства, наблюдения и эмоции.

У актеров есть маленькая хитрость: когда нужно сыграть на экране или сцене какое-то чувство: боль от потери, отчаяние или радость встречи, – они обращаются к собственному эмоциональному «багажу» и ищут аналогию.

Как это работает? Возможно, актер никогда не терял близкого человека, а ему нужно сыграть сына у постели умирающей матери. Любая попытка просто изобразить боль и горе окажется заведомо провальной – зрители почувствуют фальшь сразу же, если чувства будут только на лице, а не в сердце. В этой ситуации хороший актер ищет в своем прошлом случай, когда он испытывал нечто похожее. И обращается к тем чувствам, которые обуревали его в тот день, когда, например, любимого пса сбил автомобиль. И переживает их заново, позволяя зрителю прикоснуться к его подлинной боли и горю. И тогда зритель верит.

 

Хороший писатель действует точно так же – вспоминает или переживает заново собственные подлинные, настоящие чувства и вкладывает их в книгу. И если для этого ему, как и актеру, приходится влезть в шкуру героя – значит, влезает. И чувствует. И плачет настоящими слезами. И ненавидит подлинной, горячей ненавистью. И любит неугасимой любовью.

Писатель, как и актер, должен владеть искусством перевоплощения. Актерское перевоплощение зрелищней, зато писательское – глубже.

При этом важно помнить один небольшой нюанс.

Работать с эмоциями – переплавлять их в текст – лучше всего не «по горячим следам», не тогда, когда болит до невозможности, а позднее. Дайте себе время вынырнуть из омута чувств, разберите ощущения на отдельные элементы (как ведет себя дыхание, что в мыслях, где и что происходит в теле и т.п.) – и только тогда пишите.

Не обязательно так делать всегда, но однажды – да. Это может стать полезным опытом и помочь в описании эмоций и переживаний героев.

 

Подводный камень в работе с эмоциями героев

В работе с настоящими эмоциями есть и немаленький подводный камень (куда же без него!). Если вы человек вдумчивый и рассудительный, если главные ваши чувства – гармония, покой, умиротворение (когда вдыхаешь полной грудью и смотришь в небо) – в таком случае писать захватывающие истории вам будет сложно. Такие чувства плохо передаются на бумаге – в них нет надрыва и экспрессии, таких цепляющих, таких привлекательных в книге.

Хотя… суть ведь не в экспрессии все-таки. А в том, чтобы суметь передать  любые – повторю, любые! – чувства словами, образами и метафорами. Не описать, а донести их до читателя, заставить ощутить. Только тогда сопереживание будет по-настоящему глубоким.

Здесь помогут, во-первых, стилистика – именно она отвечает за атмосферность и настроение как отдельной сцены, так и книги в целом. А во-вторых, особые приемы, которые быстро ломают барьер между героем и читателем и практически гарантированно вызывают сопереживание.

О стилистике мы уже говорили отдельно (см. статьи на сайте Школы «Как работать над стилем текста», «Вычитка рукописи: уровни редактуры и корректуры»; мини-книгу «Стилистика: краткая памятка для начинающих»). А теперь разберем три основных приема, которые помогают быстро создать эмоциональную связь между героем и читателем.

 

Приемы, которые позволяют быстро добиться сопереживания

Прием 1. ТЖС

Киньте героя в ТЖС – тяжелую жизненную ситуацию. Но не сразу.

Пусть сначала все будет хорошо, пусть он трудится и надеется на лучшее, на то, что задуманное и желаемое сбудется. Покажите, как долго и трудно он ради этого результата работал… а потом – лишите его этого результата. По случайности, по чужой подлости, по закону бутерброда, который всегда падает маслом вниз, из-за досадной мелочи и чужого плохого настроения, в конце концов.

Пусть это будет что-то жизненное, такое, что мог бы пережить – а может, и переживал – любой из нас, и при этом обидное до невозможности.

Главное, не перегните палку и не скатитесь в «слезодавилку», иначе добьетесь противоположного эффекта.

 

Пример

Этим приемом нещадно пользуются сценаристы. К примеру, в полицейских детективных историях очень любят в первых сценах сулить главному герою повышение по службе, долгожданную пенсию или отпуск, которого он не видел много лет, а теперь и билеты уже оплатил, и жене с детьми наобещал целую неделю развлечений. И вроде бы желаемое уже близко, буквально завтра объявят, но… что-то идет не так.

Или начальство прислушивается к новым политическим веяниями и главой отдела делает женщину, а сослуживцы – кто жалеет, кто подначивает, а кто и злорадствует.

Или в последнее дежурство подворачивается дело, которое не бросишь и не передашь другому без последствий.

Или всплывает проблема из прошлого, от которой просто так не отмахнешься, и отпуск летит к чертям, а у тебя не только на работе сложности начинаются, но и жена объявляет, что с нее хватит нарушенных обещаний и она подает на развод.

И вот она – тяжелая жизненная ситуация во всей красе.

 

Прием 2. Угроза

Стартуйте с серьезной угрозы. Пусть случится нападение террористов, катастрофа, стихийное бедствие – все, что сумеете придумать. Только не смертельная болезнь. Это опять риск слезодавилки, особенно если поставите под удар не самого героя, а кого-то из его близких. Лучше придумайте нечто такое, от чего герой может спастись, только напрягая все свои силы, действуя на пределе возможностей и едва ли не за гранью удачи.

Такой прием позволяет убить двух зайцев одновременно – получить стремительное, экшеновое начало, когда читатель нисколько не заскучает (если, конечно, вы не ошибетесь с темпоритмом и динамикой повествования), и при этом едва ли не мгновенно «включить» читательское сопереживание.

 

Пример

Вспомним начало «Волшебника Земноморья» Урсулы Ле Гуин. Односельчанам маленького Геда (тогда он еще малыш Дьюин) грозит нападение воинственных каргов, и мальчик поднимает волшебный туман, чтобы укрыть жителей и спасти их от стрел и мечей. Поднимает и удерживает его несколько часов, пока враги не отступают… И отдает этому все силы, так что после фактически впадает в кому. Но – поскольку это только начало истории – все заканчивается хорошо.

Кстати, перипетий, связанных с опасностью или угрозой, в начале «Волшебника Земноморья» даже несколько. Сначала Дьюни грозили козы, которых он связал заклинанием. Потом угрожала ведьма (хотя сам он этого не понял), решившая подчинить и использовать силу мальчика, но не сумевшая этого сделать. Дальше случилось нападение каргов, а после – когда уже Гед стал учеником мага – его попыталась обхитрить дочка соседки-волшебницы и, воспользовавшись честолюбием Геда, чуть не подвела его под атаку потусторонних сил, и только маг-наставник сумел его выручить.

 

Прием 3. Безнадежная борьба

Отправьте героя бороться за справедливость или соревноваться в достижении важного (не только для самого героя, но и для общества) результата с откровенным эгоистом, лицемером или подлецом. Но лучше не со злодеем, не с антагонистом, который станет противостоять герою в дальнейшем. Пусть это будет кто-то из привычного, будничного окружения – неуживчивый сосед, неприятный коллега, член семьи с характером мелкого, подленького пакостника, друг, который вовсе не друг, а завистник. Словом, некто, с кем большинство из нас сталкивались хотя бы раз в жизни.

И конечно, даже в таком локальном, вводном конфликте герой истории не должен вести себя, точно крыса в лабиринте под наблюдением ученых, подсовывающих ему под нос то одну стену, то другую, загоняя в тупики.

Если герой утыкается в стену, эта стена должна быть выстроена его же руками. Она – результат его собственных ошибок, попустительства или неверного выбора. Его слабости, его эгоизма и неспособности верно расставить приоритеты.

И тогда читатель почувствует родство. Ведь кто из нас не ошибался и не проявлял слабости духа, столкнувшись с хамством или наглым эгоизмом? Кто не отступал, желая сохранить мир и надеясь, что «само рассосется»? И как тут не посочувствовать другому, попавшему в ту же ловушку?

 

Пример

Джоан Роулинг в истории о Гарри Поттере использовала именно этот прием. Вспомним: на первых страницах перед нами появляется мальчик, которого в семье тетки совсем не любят, вовсю эксплуатируют и при этом оскорбляют ни за что ни про что. А двоюродный братец к тому же не прочь поиздеваться над младшим не один, а с компанией. Это ли не безнадежная борьба для сироты? И чем больше несправедливостей случается с Гарри – а тут и постель под лестницей, и грубые распоряжения тетки, и преследования брата, и война за письма с дядюшкой, – тем сильнее читательское негодование и, соответственно, эмоциональная связь с мальчиком-сиротой. А значит, и сопереживание ему.

Конечно, думать о сопереживании – и о том, как его усилить – стоит только тогда, когда вы уверены, что сделали все для оживления героя. Все для того, чтобы он стал восприниматься как живой человек. Не только и не столько читателем. В первую очередь, вами – автором.

Только если вы сами видите своего героя живым и реальным, его увидит таким и читатель. Увидит, и полюбит, и станет за него переживать, как за лучшего друга.

Поделиться:
Светлана Первая

редактор, писатель

Cтраница ВКонтакте — “Отблески миров”

Канал в Дзене — Редактор Школы Вдохновения

pen-filler-156146 копия

Внимание!

 

Все материалы, размещенные на сайте, защищены законодательством РФ (Гражданский кодекс РФ, Часть четвертая).

Копирование запрещено.

 

Частичное цитирование статей возможно только с обязательным указанием источника в виде активной ссылки.

 

Использование материалов сайта без согласия правообладателей может повлечь за собой взыскание компенсации в размере от 10 000 руб до 5 000 000 руб за каждый факт нарушения (ГК РФ Статья 1301), а также штраф до 200 000 руб либо лишение свободы сроком до 2 лет (УК РФ Статья 146).

Комментарии
Оставить комментарий
Оставить комментарийСкрыть
0 комментариев
Inline Feedbacks
Смотреть все комментарии
0
Оставьте комментарийx